человек упали на тротуар. Простреленную насквозь легковушку занесло юзом, она влупилась прямо в фонарный столб. Со всех сторон неслись крики ужаса и проклятия вперемешку с треском автоматных очередей и гулкими взрывами.
Русские десантники разжились еще и американской рацией с радиосканером, теперь они могли прослушивать переговоры враждующих сторон. В эфире стоял мат-перемат, причем украинские националисты в этом случае обнаруживали потрясающее знание русского языка. Из радиоперехвата выяснилось, что стреляли друг в друга две группировки «теробороны»; их командиры или, точнее, главари все же договорились, и стрельба прекратилась. Нечего сказать — повоевали…
— Твою же мать! Нам и вмешиваться не надо, «националюги» сами друг друга перемочат! — удивился Клин.
— Да уж, анархия ни хрена не мать порядка… — констатировал Гроз.
Тем временем две изрядно покоцанные банды украинской «теробороны» договорились воевать вместе. И тут же нашли себе новую цель: по улице двигалась колонна бронетранспортеров и армейских грузовиков, правда, без обычных трезубцев и «желто-блакитных» флагов. Только на дверцах кабин и на бортах БТРов были нанесены стандартные тактические обозначения.
— То, мабуть, москалі заходять до Київа! Х…яримо їх! Слава Україні — смерть ворогам! — услышали по радиоперехвату трое русских десантников.
Сказано — сделано! Оба отряда украинской территориальной обороны сплотились, что называется, в едином порыве и ударили по колонне военной техники из автоматов, пулеметов и гранатометов. Сидящие на броне солдаты мигом скатились на землю и открыли ответный огонь. Снова завязался кровавый и ожесточенный бой, с обеих сторон грохотали выстрелы, чадно горели подбитые броневики и грузовые машины. Из их кузовов с простреленными насквозь брезентовыми тентами свешивались убитые… Бронетранспортеры развернули свои башни и ударили из крупнокалиберных пулеметов и автоматических пушек.
— Ложись, б…дь! — моментально среагировал спецназовец Дым. — Вот м…даки националистические — устроили тут маневры со стрельбой!..
Над троицей русских разведчиков довольно плотно засвистели и зажужжали пули. Рядом 30-миллиметровые снаряды автоматических пушек вдребезги разнесли фасад здания. Несколько квартир загорелось, тушить пожары в общей суматохе никто не стал.
— Вот это уже действительно — лютейший п…ц! — прокомментировал Гроз. — Может, нам пора отсюда убираться, пока самих не покрошили?!
— Что ж, идея здравая и даже очень своевременная, — спецназовец Дым даже в такой переделке не терял присутствия духа.
Трое русских десантников на порядком побитой «газельке» отправились обратно. Общее впечатление от происходящего в Киеве кошмара они уже получили — было что доложить командованию.
* * *
Внезапно неподалеку на окраине Киева раздался знакомый отрывистый грохот, а над девятиэтажками спальных районов взмыли огненные кометы реактивных снарядов. Эхо от мощных выстрелов еще некоторое время металось среди многоэтажных бетонных коробок.
— Бля, украинские «Грады» бьют — прям из жилой застройки… Вот суки! — отметил Дым.
— А как думаешь, по кому они стреляют, если отсюда до Гостомеля около 25 километров?.. — прищурился Гроз.
— Сократим поголовье бандеровцев?!
Ответная улыбка Гроза напоминала волчий оскал.
— Что у нас там по карте, не припомнишь?
— Площадь Тараса Шевченко, — Гроз расправил на коленях свернутый план украинской столицы, добытый из разбитого украинскими же мародерами киоска.
— Подъедем ближе и поглядим внимательнее…
* * *
Прямо на кольце дороги у площади Тараса Шевченко стояли четыре установки залпового огня БМ-21 «Град» и столько же армейских грузовиков со штабелями длинных и узких зеленых ящиков с реактивными снарядами. Возле техники суетились солдаты с синим скотчем на рукавах камуфляжных бушлатов и на касках. Они торопились зарядить «пакеты» на 40 стволов каждый. Слышались приглушенные выкрики команд.
Внезапно слева, где раскинулся лесопарк, раздался грохот выстрелов. Русские десантники переглянулись: похоже, там находились позиции ствольной артиллерии.
— Что там по карте?
— Парк «Кинь грусть», называется так. Но вот рядом…
— Что рядом?
— Две крупные больницы! Одна из них — Медицинский институт эндокринологии, а рядом Институт геронтологии, а парк как раз между ними находится.
— Мы еще недавно детскую поликлинику проезжали, помните? — заметил спецназовец Клин.
— Вот же суки бандеровские: детьми и стариками прикрываются! — выругался Гроз.
— Да, нашу авиацию, даже с высокоточными ракетами, не наведешь. Слишком велик риск задеть мирных… — оценил обстановку командир разведгруппы Дым. — Нужно отработать самим.
Трое русских воинов быстро обсудили план действий. Решили расстрелять из автоматов и из ручного пулемета украинские «Грады». А потом из гранатометов атаковать позиции гаубиц.
— Подходим максимально скрытно, так, чтобы бить наверняка. Дожидаемся очередного залпа «Градов», чтобы скрыть звуки выстрелов. Гасим мразей длинными очередями. В этом случае патронов не жалеем. Чтобы положить всех по максимуму! Работаем!
* * *
Как только взвыли ракеты первого украинского «Града», трое русских спецназовцев обрушили на противника шквал раскаленного свинца. Они стреляли практически в упор, не давая ни единого шанса врагу. Бандеровцы с синими повязками на руках падали, как трава под серпом. Никто из них понять ничего не успел, не то что открыть ответный огонь.
Гроз, страшно матерясь, поливал из автомата длинными очередями. Магазин на 30 патронов опустел быстро. Гранатометчик из Макеевки отточенным движением перезарядил оружие и продолжил стрельбу.
Рядом лупил из пулемета РПК-74 командир разведгруппы Дым. Ему помогал из автомата раненый в руку Клин.
В общем воющем грохоте реактивного залпа, в раскатах близкого орудийного огня треск автоматных и пулеметных очередей не то чтобы не был слышен. Противник, видимо, просто не обратил на это внимания, считая себя в безопасности.
Русские спецназовцы успели отстрелять по три магазина каждый. После уже расстреляли сами реактивные установки. Разбили буссоли и прицелы, прострелили шины и двигатели. Взрывать грузовики с реактивными снарядами и сами «Грады» среди жилых кварталов не стали — слишком велик риск зацепить мирных жителей.
— Собери с убитых боекомплект, пригодится.
— Есть!
— У меня всего один рожок к пулемету на 45 патронов остался…
— Ничего, автоматные — на 30, к РПК тоже подойдут.
— У них тут и гранаты есть, оказывается!
— Берем и гранаты, тоже лишними не будут. Выдвигаемся к позициям гаубиц. Рассредоточиться!..
К позициям украинских артиллеристов десантники вышли скрытно. Всего трое, причем один из них ранен. Но они прошли серьезную, если не сказать — самую лучшую в мире подготовку. Двое являлись элитным русским спецназом глубинной разведки. А что касается гранатометчика Гроза, то на шевроне его 11-й гвардейской отдельной десантно-штурмовой бригады красуются два штык-ножа от автомата Калашникова, перечеркнутые стремительным Z-образным зигзагом молнии. Знак того, что в ближнем бою русские десантники могут молниеносно поражать врага остро отточенной сталью.
Вместо штык-ножа Гроз имел при себе трофейную финку с наборной рукоятью из плексигласа и лазерной гравировкой трезубца и черепа на узком лезвии. Сейчас бандеровский клинок выпьет бандеровской крови! Рука отводит в сторону ствол автомата. Ошеломляющий удар ногой в колено и одновременно — открытой ладонью в лицо. Добивающий — ножом сбоку в шею. Националист падает
